?

Log in

No account? Create an account

Стой под стрелой

Поступки и мысли, о которых могу вспомнить не краснея

Категория: психология

Депрессия год спустя
tonsky

Ровно год назад я написал «Историю одной депрессии». Самое время подвести итоги.

Тогда огромное количество людей откликнулись — огромное спасибо за это! Многие с конкретными советами, именами и телефонами психиатров. Это безумно помогло — вместо того чтобы тыкаться наугад и что-то там рисерчить, просто берешь первый телефон и записываешься. Так что несмотря на всю свою лень и склонность откладывать вещи в долгий ящик, я таки попал с психиатру.

И что вы думаете? Он конечно поугарал над самостоятельно поставленными диагнозами в ЖЖ, но согласился что они не неправы — это депрессия. Нормальная, неиллюзорная, медицинская.

Как результат — таблетки. На выздоровление ушло шесть месяцев. Наверное мне повезло, что первые же таблетки подействовали, ну что ж. Я только рад.

Первые три месяца я тупо лежал на диване. С трудом поигрывал в одолженный у друга плейстейшн. Это совсем не такое райское времяпрепровождение как может показаться, просто ничего другого делать не можешь все равно. Ты просто терпишь и убиваешь время, ждешь, когда же уже станет наконец лучше. Фотографии периода пика болезни до сих пор вызывают во мне внутреннее содрогание, кстати. То есть на них ничего такого нет, но вот ощущения запомнились. Do not recommend.

Через три месяца деньги подошли к концу, я начал брать какие-то небольшие контракты. Работалось конечно с трудом. Особенно угнетал страх, что ты с кем-то договорился, пообещал, а организм подведет тебя и у тебя не будет сил работать. Короче худо-бедно я что-то сделал, хотя в фактическая работа была очень далеко от моего идеального представления о себе.

Одна из вещей, которые я изменил — начал ходить в коворкинг. Все-таки когда вокруг тебя какие-то люди, живые, энергичные, и периодически тебе надо выходить на улицу — организм это замечает. А вот сидеть днями напролет дома на кухне за ноутом, одному, когда максимальное перемещение которое ты можешь сделать — до туалета и обратно (а это не так много в однокомнатной квартире) — это на чисто физиологическом уровне что-то в организме убивает. Я до сих пор немного внутри пугаюсь когда пытаюсь присесть на кухне поработать. Не надо так. 

Тогда же примерно я запустил Патреон, который существенно помог мне продержаться до конца моего импровизированного саббатикала — спасибо еще раз всем подключившимся! Работать над своими проектами кстати гораздо веселее, может быть потому что они уже состоялись и там все сделано именно так, как мне нравится. А может быть, потому что приятно видеть что это именно мои идеи. Так или иначе, до сих пор это единственное, что вызывает во мне эмоциональный отклик и живой интерес. Когда мне на работе совсем грустно, я вспоминаю, что можно что-то небольшое пофиксить, приладить, кому-то ответить, помочь. И все у себя. Ни с кем не согласовывая, не консультируясь, без всякой ответственности. Ровно и только так, как я хочу. Рекомендую.

Что с интересом к программированию, то он так до конца и не вернулся. Весной я пытался искать работу, пособеседовался в несколько стартапов, в несколько больших компаний, и везде меня охватывало отвращение при одной мысли, что это опять все то же самое, опять это скучное унылое программирование, веб проекты, опять те же тормоза, глюки и люди, которым на это глубоко пофиг, лишь бы продукт вышел поскорее и похуже. Рефлексируя над причинами, которые заставили меня написать Software Disenchantment, я понял что всего этого не хочу. Что просто физически не могу писать очередной медленный отстойный электрон-или-прости-господи-браузер-апп, который к тому же ничего не значит и ничего не изменит. Как бы ни хотелось каждому основателю стартапа, его супер-уникальный-свежий-современный-вылизанный продукт — просто унылое, никому не нужное, высосанное из пальца говно (не пытайтесь это представить), а все эпитеты ничем не подкреплены. Может это конечно со мной что-то не так, или я не там ищу, но ощущение что никто даже не думает пытаться сделать хорошо и качественно конкурентым преимуществом, хотя попиздеть про это любят за милую душу. Устроился, кстати, я пока в JetBrains, но не над самой IDEA работать конечно, а на research-проект, где мы пытаемся научиться делать редакторы быстрыми и легкими. Посмотрим, как пойдет.

Ну и самый главный результат: мне больше не хуево. Те самые таблетки произвели вполне неиллюзорный эффект: депрессия ушла, симптомы ушли, мне больше не хочется лежать на диване и забиваться в угол, не нужно изображать энтузиазм или интерес, когда их нет, зато хочется постоянно улыбаться. Нет, серьезно, самое странное, на чем я себя ловил — когда никакого повода нет, ты идешь/сидишь сам с собой, и уголки рта самопроизвольно чуть приподняты. Не то чтобы мне вдруг внезапно все вокруг стало нравиться (см. выше), но общий депрессивный фон, который, скажем, автоматически добавлял ко всем ощущениям -10, теперь добавляет +0. Это самое лучшее, наверное, как я могу произошедшее описать.

Ой, простите, это старая фотка. Вот:

Помимо помощи оригинальный пост породил и волну смехуечков от людей, которые в выгорание и депрессию не верят, потому что у них такая же нога но не болит.

На что я хочу заметить:

Депрессия существует. Это не миф/тренд/городская легенда/что-то из мира стариков. Если вы хорошо себя чувствуете, просто проходите мимо, не надо ничего разоблачать пожалуйста.

Высмеивать психические проблемы ничем не лучше, чем проблемы со сломанной ногой. Вот хорошо показано:

“Have you ever tried not having a diarrhea?”

Депрессия физична. И это не фигура речи. Например, я потерял больше десяти килограмм, как когда это все началось, а сейчас набрал их обратно — неидеально, конечно, зато хотя бы не грущу. Голосу вернулись модуляции (они пропадают при депрессии и он становится монотонным бу-бу-бу). Это то, что фиксируется снаружи, как и сломанная например нога. Внутри все еще гораздо интереснее и заметнее, конечно: отсутствие эмоциональной реакции (как в плюс, так и в минус — тебе не постоянно плохо, тебе постоянно пофиг), отсутствие интереса, отсутствие энергии.

Все это я пишу, чтобы заметить, нет, депрессия не в головах. Это не пресловутое «нет настроения», а вполне конкретный физическо-химический процесс, с которым никакое количество «думай позитивно» и «не грусти» так просто не справятся. Если ты проснулся без энергии — сколько не старайся думать позитивно, энергия ниоткуда не возьмется. Советы вроде «Хватит выгорать. Перестаньте это делать. Не выгорайте» вот реально бесят. Тебе мало того что хуево 24/7, тебе нужно это еще кому-то там доказывать, чтобы к твоим словам отнеслись серьезно? Идите в лес с такими советами.

Ну а чтобы закончить на позитивной ноте: лучше всего до депрессии не доводить, но если дошло, все лечится. Мне понадобилось примерно полгода, и я чувствую себя лучше, чем, не знаю, несколько последних лет. Из минусов, я не смогу и дальше заниматься тем, что меня до депрессии довело, ну что ж, может оно и к лучшему. В остальном никакого благородства в депрессии нет, одни минусы.

Так что, как говорит мой терапевт, не болейте!


Инженеры, хватит бегать от ответственности
усы2
tonsky

На круглом столе, посвященном Software Disenchantment, стало ясно, что мысль я выразил недостаточно четко. Люди переживали, что бизнесу нужно дешевле, а не лучше, что без говнокода не получится многообразия и развития, что юзерам в целом пофиг и они даже не замечают проблем, что если хорошо работать, популярным не стать, не успеешь, опоздаешь и так далее.

Так вот, мысль: ребята, думайте за себя. Нас, как инженеров, не должно волновать что нужно бизнесу или юзерам. У нас есть работа и в первую очередь нас естественным образом волнует она и только она. Каждый думает за себя — инженеры за устройство продукта, юзеры за его потребительские качества, бизнес за деньги. Я не говорю, что надо закрыть глаза и притвориться, что мира не существует — он, конечно, существует, но мир сам о себе подумает, сам о себе позаботися, он и так давит, а мы должны отстаивать свои ценности, свои решения, свой профессионализм. Мы должны давить навстречу. Нас за этим и берут, чтобы привнести инжиниринг в фантастические идеи бизнеса и фантазии юзеров. Иначе получается не баланс, я бездумное подчинение ситуации.

И хватит перекладывать ответственность. То, что Слак рушит любую концентрацию и подсаживает на дофамин — ответственность Слака как бизнеса (или успех, как посмотреть). То, что им все пользуются — ответственность юзеров. А вот то, что Слак тормозит — это уже наша проблема, нас, инженеров, и только нас, и именно нам должно быть за нее стыдно. На дофамин и популярность мы, как инженеры, не можем повлиять. На качество — можем и должны. Хватит уже прятаться за спину бизнеса. Он конечно будет топить за код-на-выброс, но у нас свои проблемы, свои решения и своя ответственность. То, что кто-то там нам разрешил писать хреново, не значит, что нужно всё бросить и радостно кинуться писать хреново. То, что мир просит говна — не оправдание производить говно.

На круглом столе предлагалось ввести ответственность за баги. Государственное регулирование качества. Комиссии (и комиссаров?) по говнокоду. Сажать даже. Но это смешно, это перекладывание ответственности опять же. Никто внешний не придет и не скажет «всё, делаем хорошо». А даже если и придет, все вокруг не кинутся по щелчку вдруг делать хорошо. Нет государственного регулирования, запрещающего уродливые торговые центры. Единственный путь к хорошей жизни — чтобы у архитектора, который его рисует, было внутренне чувство, внутренняя ответственность, внутренний стандарт качества. Чтобы его волновало.

Come on, разве у вас не скрипят зубы, когда ваше приложение тормозит? Разве у вас не загорается внутри жгучее желание закатать рукава, разобраться и починить в тот момент, когда кто-то находит багу? Те инженеры из Слака, которые слышат постоянно, что сообщения иногда в принципе не доходят, как они спят по ночам? Как они не бегут первым же делом организовывать расследование, комиссию, группу по исправлению? Это ведь не десятое по важности окошко на двадцать пятом экране, это основная функция и она в принципе не работает же.

Разве не хочется вам понять, разобраться, докопаться до правды, когда численные характеристики какие-то не сходятся с вашими прикидками на салфетке? Когда вы слышите, что Android система занимает 6 Гб и что там может быть такого? Как нагрузится канал, если в один Google Doc придет 100 пользователей? Вы вообще прикидываете, считаете вещи на салфетках? Мы перестали считать на салфетках... В 3Д играх, кстати, считают. 

Разве вас не коробит от несоразмерности проблем и решений? Когда для Todo-листа на 200 строк берут Electron на 100MB? Разве не хочется узнать, что мог бы делать ваш комп на пределе? Сколько нормально сделанных чатов он мог бы крутить одновременно в 8Гб оперативки? Мог бы он ресайзить текстовое окно на 60 Hz? 144? 240? Где вообще предел и во что всё в конце концов упрётся?

Разве у вас не растет тревога от непроверенного кода? От решенной частично проблемы? От проблемы, решенной в обход, приблизительно, а не точно? Не вгоняет ли вас техдолг в депрессию? Не выгораете ли вы от того, что все время бежите к новому вместо того, чтобы чинить старое? Добавляете и множите там, где нужно исправлять и делить?

Разве не хочется вам, в конце концов, доделать проект хорошо, до конца, так, чтобы полностью им удовлетвориться, сложить, запустить и уволиться? Откуда у вас силы держать всё это на искусственном дыхании вместо того, чтобы закончить, но так, чтобы оно жило, и отпустить?

Короче, я надеюсь, что вы этого всего не чувствуете на самом деле. Иначе добро пожаловать ко мне в депрессию.


История одной депрессии
усы2
tonsky

Долгий и подробный рассказ о том, как я заебался.

Last known good state это 2012, когда я попал в Эхо и переехал в Ульяновск. Работа перла, компания замечательная, люди чудесные. Ни до, ни после этого я не работал в коллективе, жизнь и достижения которого мне хотелось разделять. Всегда были «есть я, а есть компания», тут же я искреннее переживал и старался. Feels good, by the way. История зафиксирована тут.

В 2013 я переехал обратно в Новосибирск и открыл новосибирский офис. Команда набралась быстро (8 человек за год? Какие-то такие цифры), мне выделили свой проект, новосибирскую команду и дали попробовать Clojure. Опять же, сплошная пруха, развитие страшное, новые роли/задачи/подходы, выход из зоны комфорта и все такое.

Кусок команды в декабре 2013

Ну вот, если я правильно всё помню, через год такой работы я начал подзаебываться. То есть я не преувеличиваю — на работе всё идеально, ну правда, я даже не знаю, о чем еще можно мечтать — любимый язык, чудесная крутая команда (здесь крутая — не пустые слова, к нам правда был высокий порог входа и сложные собеседования), полная свобода в технических решениях, сложная интересная задача. Всё зависело только от меня.

Но стало как-то грустненько. Опять же, если память меня не подводит, я позже связал это с тем, что мне не хватало времени тупо программировать, а больше 50% времени занимало согласование/обсуждения/дизайн (без кодинга)/ревью, плюс ПМ-ские обязанности. Команда и продукт росли, а я это обслуживал и не успевал сам кодить. Я смотрел на код и мечтал о том, как его написал бы я сам. Я и сейчас не уверен в точности этого вывода, но я помню, что тогда мысль была такая.

Когда пошла рутина, я решил что надо как-то развлекать себя, и что вы думаете, компания пошла навстречу! Были хакатоны (ох, как я люблю хакатоны!), мы выпросили 20% время. Мы решили, что в 20% будем делать новый микропроект (метрики и алерты), на который позже переедет вся компания. Чисто наша команда, никаких согласований ни с кем, никаких гарантий (пока не запустимся), чисто в кайф. Но я довольно бысто понял, что это просто «еще одна работа»™, и хотя идея мне нравилась, по факту по пятницам я просто растекался по стене и максимум мычал что-то невнятное. По крайней мере я свои ощущения так запомнил. Отдыха не получилось, но ребята что-то делали, кажется.

В 2014 Эхо закрылось и мы всей толпой перешли в Machine Zone. Они делали очень успешные мобильные фермы и по невероятному стечению обстоятельств использовали где-то внутри Эрленг, на волне чего Валкин нас героически всех и пристроил. Проработал я там где-то полгода, делали мы непонятно что. Серьезно — полный хаос, ни цели, ни задач, «просто делайте что-нибудь» (ну это нашей группы только касается, конечно — никто не понимал, что делать с двадцатью внезапно нанятыми программистами в ситуации, когда компания в общем-то прекрасно работала и может работать и без них).

Я совершенно потерялся в этой ситуации и в итоге вылетел. Это единственный раз в жизни, когда даже внешним людям стало понятно, насколько плохо я не совпал с ситуацией. Например, говорят, я настолько плохо (безразлично? пессимистично?) выглядел на общем собрании с начальством, что за меня потом пришлось отдельно извиняться. Извиняться, Карл! За то что разработчик сидит чем-то недовольный.

Ну и в конце концов меня попросили. По-доброму, на самом деле — мне правда было тяжело всё это наблюдать, let alone участвовать, и от самовыпиливания меня останавливал только страх жизни без зарплаты. Это накладывалось на то, что последние N месяцев в Эхо с з/п было туго. Штош. Спасибо, что приняли это решение за меня, оно правильное, смысла в таком симбиозе не было, конечно, а сам бы я еще какое-то время решался.

В том же 2014 — и для нашего повествования это важно — я совершенно фантастически слетал в Калифорнию к Machine Zone в командировку. Видимо, всё именно сложилось — и место, и друзья, и пофигистичное отношение к работе — что получились больше каникулы, чем командировка, и каникулы очень удачно наложилась на предыдущие стрессовые полгода-год с распадом Эхо и сменой работы. Наша группа (6 человек) поделилась на 2 машины — активную и пассивную. В активной у нас была нон-стоп программа, все две недели каждый день мы куда-то в интересное место ходили (ездили, это ж америка), а на работе в основном сидели в ожидании файв-о-клок. До сих пор вспоминаю это как невероятный отдых (честно, бывает лежу ночью и прокручиваю, что было, куда ходили, что чувствовал), спасибо друзьям из активной машины (Антон, Ренат!) и всем нашим калифорнийским друзьям, которые пробили поездку (Лев, Влад!).

Это я только прилетел из Сан-Франциски, июль 2014

Почему я написал, что это важно? Это фиксирует то, что на фоне общей усталости, неустроенности и нервозности я еще вполне мог ощущать положительные эмоции в полной мере. Сейчас, например, мысль о том, что  надо куда-то ехать, даже если отдыхать, вызывает во мне легкое раздражение. Тогда я может быть не мог находить положительные эмоции в жопной ситуации или менять ситуацию нужным образом, но при подходящих условиях, да, я полностью наслаждался хорошими моментами, когда они были. Одним теплым летним вечером в Сан-Франциско мне хватило одной сангрии чтобы меня совершенно развезло до честного состояния полной радости и счастья. Как в детстве.

Конец 2014—начало 2015 стало периодом, когда я нервничал из-за того, что работа всё не находилась (я хотел именно на Clojure), но в остальном довольно продуктивно посидел дома. Я запилил прям подряд Fira Code, затем Rum и AnyBar, все довольно удачно зашли (и заходят до сих пор). DataScript пришелся на полгода раньше, на период маянья в Machine Zone. Меня узнали в Clojure-сообществе, я даже съездил выступить на паре профильных конференций (с тех пор зовут в основном на фронтенд почему-то). Тогда же был расцвет англоязычного блога. Для сравнения, три следующих года я буквально едва выдавливал из себя посты.

Декабрь 2014, каникулы в Лондоне. Помню плохо, но судя по фото, состояние окей

В марте 2015 работа наконец-то нашлась в ЮАР (через open source, ни много ни мало). И опять же это была работа мечты (ну, на бумаге). Мне дали собственный проект с нуля, дали принимать все решения и использовать собственные DataScript и Rum, которые я благодаря этому неслабо расширил. Сроки тоже не горели — никто особо не стоял с палкой над головой и не заставлял принимать компромиссные решения и копить долг (хотя, долг копится в любом случае). Короче, спокойная, продуктивная, rewarding работа.

Тут произошли две вещи. Во-первых, я начал работать из дома, т.е. сидел один. Это довольно неприятный опыт, особенно в новой команде, в смысле изоляции, сложностей с коммуникацией (привет, Скайп!) и нехватки просто людей вокруг. Классно, конечно, что никто не отвлекает и получается deep work когда нужно. Но когда я приезжал на две недели в Кейптаун, я понимал, как мне не хватало живого общения. Возможно, люди, которые боготворят remote, умеют как-то это компенсировать, регулярными встречами с друзьями наверное. Я не умею и друзей у меня — таких, чтобы прям раз в неделю даже — особо нет. Плюс хочется тупо иногда куда-то ходить, хотя бы в офис. А отвлекать и по слаку отвлекают дико, на неделю же от него не отключишься. Может быть первый год из дома я так и не думал, кстати. Сейчас уже думаю (4 года).

Второй шутку сыграл со мной опенсорс. Это безусловно очень классно, и как опыт, и в смысле самопиара — тут вопросов нет, recommend. Но я внезапно понял, что он требует вполне неиллюзорного количества времени и энергии, которых (тоже новый для меня опыт) внезапно больше не остается в щелях между работой и работой. Особенно плохо что у меня сразу четыре таких удачных проекта выросло. Своих идей много, пожеланий много и они продолжают идти, а ты тупо не можешь. Не находишь времени, откладываешь и страдаешь. Страдаешь, что не успел. Ответственность какая-то вырастает. Хочется сделать хорошо. Хочется причесать. Помочь. Улучшить. Всё это давит безумно.

Через полгода понимаешь, что нифига не сделал, скопил огромный инбокс, но по факту к снаряду вообще не подходил. Иногда срываешься, тратишь полдня и разгребаешь два-три ишью. Релизишь, но счастья это не приносит, потому что два-три ты пофиксил, а три других проекта так и лежат, и там по 150 ишью в каждом, и ты понимаешь, что ни в каком темпе, ни при каких обстоятельствах ты до них не дойдешь. Через год дропаешь весь инбокс, потому что ну да, хотелось бы, но всё равно не делаешь нифига ведь. И всё равно страдаешь.

Август 2015, рассказываю про DataScript. Доклад назывался «Фронтенд без грусти», кстати

Редкие вспышки радости — это когда люди приходят и полностью решают какую-то проблему за тебя, настолько хорошо, что можно взять как есть. Но такое редко происходит. Когда присылают PR и ты понимаешь, что тебе надо мало того что оценить решение, в лучшем случае доделать, а в худшем — решить всю проблему самому, плюс еще и объяснить человеку, почему его способ недостаточно хорош, подробно всё описать, как надо, это просто двойной груз какой-то. Это больше не радостное «хэй, мне кто-то помогает!» (хотя самолюбие где-то там тешится, что человеку хотя бы не пофиг), это «бля, на меня только что свалился кусок работы, о котором я не просил и на который у меня нет ни мотивации, ни сил». Так что опенсорс это не только единороги и радуги.

Важный момент — если бы мотивация и силы были (почему-то), то отношение могло бы быть другим (смотрите, сколько хороших и добрых людей я собрал у своего костра и как здорово мы проводим время! — например, я не знаю). Your experience may vary. У меня это постоянная битва за очень ограниченый ресурс, мою энергию, которого всегда не хватает, даже просто на get through the day. Поэтому я и огрызаюсь и в целом слабо рад тому, во что эта затея с «классными и крутыми личными проектами» превратилось для меня лично. Хоть сами проекты и получились.

Мой проект в Cognician кстати успешно запустился еще в конце 2015 и перешел в фазу развития. Через год я слетал в ЮАР и познакомился с командой лично (makes a huge difference!). Это была тоже в общем-то офигенная поездка (привет, Кирилл!), даром что Кейптаун это та же Калифорния — жара, природа, океан, серфинг, вино — только без стартаперов.

Я в марте 2016 залез на Lion’s head

Про эмоциональное состояние в 2016 я помню только, что мне приходилось немножечко изображать энтузиазм, когда меня спрашивали коллеги, как мне работается (а спрашивали, да). Потому что я честно не знал, на что жаловаться, но энтузиазма уже не чуствовал. В какой-то момент пришлось объяснять коллегам, что это особенность русского характера — всё слегка поругать и ни за что не похвалить. Но это больше по разряду отмазок проходило, потому что я точно знал, что это моя личная особенность, и даже в курсе её был. Ругать, критиковать, страдать от всего, что даже чуть-чуть не дотягивает до идеала. В том числе и собственную работу. Некоторые вещи и идеи меня действительно восхищают, но это как правило мирового класса проекты, например, и то далеко не все. По поводу всего остального мне очень трудно возбуждаться. Я как-то давно обидел Платова, например, назвав их супер-пупер IDE «просто редактором кода». I mean no harm, но и сделать что-то мне с этим трудно.

В разряд догадок: в долгосрочной перспективе это не очень-то здоровая модель. Ты питаешь себя только негативными эмоциями, даже когда хорошо и честно поработал, даже когда сделал больше, чем надо. Всё всегда недоделано.

На тот момент я ощущал, что работа работается, все довольны, а я лечу в какую-то пропасть. Начались перепады настроения. Иногда оно улетало на дно на несколько дней, как по мановению волшебной палочки. Такие «черные дни», когда ничего не радует от слова совсем, и ты едва волочишь ноги. Помню, как на встрече с друзьями я буквально выдавливал из себя слова. Это не литературный оборот, приходилось реально собрать все силы чтобы просто сидеть на стуле и выглядеть хотя бы в рамках приличий. Если задавали вопросы, приоктываешь рот и что-то произносишь, но ощущения, что тебя при этом проворачивают через мясорубку.

Самое интересное, что «черные дни» это не какие-то сильно негативные переживания, а скорее что-то просто максимально ровное и нейтральное, безразличное. Основная реакция — отвяжитесь, оставьте в покое. Больше всего хочется забиться в угол и скулить, но в целом ничего не хочется и что-то хорошее или плохое вызывает практически нулевой эмоциональный отклик. Я могу примерно прикинуть, что должен чуствовать (потому что помню) и даже сэмулировать реакцию (сказать «Вау», например, или «Блин»), но эмоционально мне пофиг. Грустный смайлик.

Шутки шутками, но от этой картинке мне уже не смешно

Где-то в это время, может чуть раньше, я перестал бояться летать на самолетах — но не потому что аэрофобия прошла, а потому что я просто очень сильно задолбался. Сидишь в кресле такой эмоционально выхолощенный и старшно там или не страшно трясет тебе совершенно пофиг — оно просто не может до тебя достучаться, блокировано где-то. Я помню контрольную точку, когда я еще летал в Ульяновск, меня каждый раз трясло до усрачки, а если самолет летел спокойно, то хотя бы перед полетом меня охватывала паника «блин, щас начнется, зачем я вообще сюда сел опять, never again». Сейчас такого уже нет, хотя — странно, да — было бы здорово что-то такое ощутить снова, «проснуться».

В 2017 шел третий год моей работы в Cognician. Мы переехали в Москву. В целом я ничего особо по этому поводу не думаю, хотя сидеть в квартире за год меня немножно подзадолбало и меня начали раздражать такие дни, а пойти особо некуда. То есть ха-ха, да, в Москве есть всё что можно пожелать, но как-то осмысленно пойти куда-то, чтобы было зачем-то, некуда. В Новосибирске хотя бы походы в гости к родителям разнообразили обстановку. Мы встречались несколько раз с друзьями в барах, но я уже был настолько вымотан, что как-то эмоционально пережить эти встречи не мог. Умом я понимаю, что для организма общение полезно и необходимо, но тут уже видимо слишком поздно. На некоторых особо удачных пересечениях просыпался небольшой интеллектуальный интерес (вот блог пост по мотивам, например), но и угасал почти моментально, потому что энергии поддерживать его не было. В тесте Бека есть вопрос — потеряли ли вы уже интерес к людям? Увы :(

Сентябрь 2017. Огонька нет и в помине

Я пошел в спортзал лечить спину, которую испортил до этого бадминтоном (скорее всего она уже была испорчена программированием или еще чем-то, бадминтон только усугубил). Пролечился от опистархоза и принял волевое решение есть меньше. Сбросил более 10 килограмм, купил новые штаны меньшего размера. Не то чтобы я это планировал, скорее оно так получилось, но получилось тем не менее, и я наконец стал выглядеть так, что нравлюсь сам себе. Это прекрасно для самолюбия, как и опен-сорс, но увы, Марио, болит какое-то другое место.

Опять же, достоверно помню, что раньше гораздо менее существенное похудение меня гораздо больше воодушевляло. А тут я наконец смог сделать подъем переворотом — комплекс, травма даже психологическая со школы — и абсолютно ничего не почувствовал.

В конце 2017 я поставил на аватарку эту скептичную усталую лису с комментарием «exactly how I feel».

2018 стал полной жопой. Оценив финансы в начале года, я понял, что денег не просто нет — к июлю надо выплатить ~400 т.р. налогов, на которые я, конечно, не откладывал. По расчетам получалось, что мне надо работать примерно пять-шесть месяцев, тратить по-минимуму и в итоге я выйду только в ноль к июлю (так и получилось, кстати — я сделал платеж утром 10-го и через пару часов укатил на Алтай, т.е. тянул до последнего). Это пиздец депрессивное чувство, когда тебе надо сидеть на нелюбимой работе, и ты понимаешь, что в ближайшие пять месяцев тоже, выкладываться (а я очень ревностно отношусь к запасам энергии на этом этапе, как вы помните), и по результату тебе за это ничего не будет. Т.е. к середине года будет просто ноль. Никакой награды, никакого нового макбука или телефона. Та же кухня, та же пыль на том же мониторе. Не самое лучшее настроение для темных зимних вечеров. Черных зимних вечеров, что уж.

Мне стало трудно загонять себя за ноутбук. Буквально — от мысли что надо идти за стол передергивало. Рабочая комната стала воплощением зла, потом страдания, потом уныния (деваться-то некуда). Я работал по два-четыре часа в день. Были дни, когда я не мог собраться до самого вечера, и в итоге за день вообще ничего не делал. Это породило еще одну дурную петлю, когда я корил себя за то, что мало работаю, и в итоге сил работать не оставалось. Я бесился на коллег, мол, якобы нехорошо делают, и все неправильно, и мы не туда идем, и не так (ага, два года было так, а теперь вдруг не так). Я доводил себя до состояния, когда вся энергия уходила на самоконтроль и снова приходилось выдавливать слова, на этот раз с коллегами — уже не ок. Бесился на всё вокруг, на вечную неустроенность, недоделанность инструментов, библиотек, редакторов, языков, тормоза, сложность, неидеальность, на веб взъелся страшно — потому что где-то с перехода на фронт началось угасание. На самом деле просто совпало по времени, конечно. Надо мной даже начал смеяться Жиянов, что я много ною. Ну а что я мог сделать? Я был бы счастлив не ныть, так-то.

Большим сюрпризом стала для меня физическая природа стресса. То есть раньше я думал что стресс это такой эвфемизм для «выглядишь усталым, поспи», а тут оказалось что в больших количествах при постоянном применении может всё что угодно случиться. Я внезапно начинал неделями вставать в 7 утра, не особо-то отдохнувшим (а я сова), периодически сдавливало грудь (физически, да, не фигурально), портилось пищеварение, начинали сыпаться волосы, не говоря уж об общем фоне усталости и выхолощенности. И «просто не париться» и «перестать думать об этом» как-то внезапно оказалось недостаточно.

Черные дни стали иногда выливаться в твиттер, в остальном сугубо профессиональный (ха-ха, ладно, шучу, просто твиттер). Вот, например:

Это немного помогло, кстати — слова поддержки, плюс я хотя бы стал анализировать происходящее и фиксировать симптомы. По шкале Бека вышло 21 балл — выраженная депрессия средней тяжести. Незнакомые люди по моим видеозаписям сообщали мне, что я выгляжу не окей. Игнорировать столько сигналов даже я, любитель тормозить и отмахиваться, не могу.

В апреле я уволился с одной работы и тут же запрыгнул на другую. Мучать коллег собой мне виделось совершенно несправедливым, а смена обстановки могла что-то поменять, хотя бы кратковременно. Не работать в тот момент варианта не было, и это грузило жестко, конечно.

Работа была в Минске, т.е. частые командировки в офис и онбординг сразу на месте. Это зашло неплохо — я втянулся, неплохо поработал даже. Работа опять оказалась работой мечты — чудесные люди, чудесное отношение, новый продукт, стартап-атмосфера полного хаоса, так не бывает даже, и вот опять. В офисе время пролетало незаметно, я практически не прокрастинировал, как-то активно и с пользой участвовал в обсуждениях. Особо вымотанным я себя тоже не чувствовал, хотя уставал, конечно, даже на фильм вечером сил не хватало. Но это ощущалось как-то нормально, без драмы. Просто пришел домой усталый. А утром снова свежий.

Примерно как я выгляжу сейчас (июль 2018). Ношу в рюкзаке лампу, а что делать

А потом я вернулся в Москву и очень четко ощутил, что не могу загнать себя за компьютер. Проблема никуда не делась. При малейших трудностях я начинаю беситься и психовать, расстраиваться и плакать (ну, фигурально) вместо того, чтобы засучивать рукава и копать. Речи о том, чтобы кого-то в чем-то убедить или даже переубедить, поболеть за какую-то идею вообще не идет. Я всё чаще готов махнуть рукой «а, решайте как-нибудь без меня, сами». 

Проработав 3 месяца, я взял отпуск на две недели. Это уже происходит прямо сейчас, он только что закончился. Вернувшись с Алтая, в воскресенье вечером я понял, что мысль о том, что завтра рабочий день, вызывает у меня отвращение. Я в целом приехал нормальный, но накануне выхода на работу просто скуксился в одно мгновение.

Ну и всё. Я решил пока не выходить. Взял неопределенный отпуск, никому ничего не должен. Денег мало, страшно, долго я не просижу, но посмотрим к чему это приведет.

Как я себя чувствую сейчас? Пока что (~3 дня экстра отпуска и свободное расписание на ближайшее будущее) это ощущается хорошо. Правильно. Меня не то чтобы совсем отпустило, или я там вылечился уже или что-то, но ощущение что это как раз то что нужно. Ну или так: что угодно другое в данный момент было бы хуже. По крайней мере нет этого убивающего всё фонового метронома «появилась какая-то небольшое желание? мысль? идея что-то сделать, куда-то сходить? Ха-ха, но так или иначе сегодня, максимум завтра тебе придется идти на работу, так что ты всё равно в жопе, можешь даже не пытаться, всё зря, конца нет, так будет всегда». Вот его нет, и без него лучше, чем с ним.

Теперь немного анализа. Для меня, конечно, большим сюрпризом стало то, что это всё идет параллельно успехам в карьере. На бумаге у меня было всё настолько хорошо, насколько возможно — прекрасные компании одна за другой, больше и больше отвественности, зарплата растет и пока не остановилась, авторитет какой-то, конференции, собственные проекты. And yet. Не работает что-то другое, и очень бы хотелось это другое уловить. Понятно, что надо либо как-то по-другому научиться к этому относиться (как?), либо пора что-то менять (что?).

Отдыхаю в Венеции, октябрь 2016. Это не стеб, мне правда трудно

Например, энергия? Ее нет даже на что-то простое и положительное. Я с трудом могу себя загнать смотреть даже кино, хотя кино очень люблю и если посмотрю, то в принципе в конце обычно рад этому. Но вот начать, принять это решение — сложно. Книги вообще сто лет уже не читал, хотя тоже не против самой идеи.

Или отдых? Обычно устал — отдохнул (в пятницу-сб-вс или дольше, отпуск) — и с новыми силами в бой. Они типа копятся, т.е. есть какой-то запас. Для меня отпуск это просто еще одно место/состояние, в котором я не хочу находиться. Потому что там мне примерно как и вне отпуска, только с дополнительным давлением «отдыхай давай». И по выходу ничего не восстанавливается и не накапливается. Что с этим делать непонятно.

Еще у меня была гипотеза, что мне важно всё делать по-своему, даже может собственные проекты запускать, и я немножко перерос работу по найму. Это конечно очень лестная теория, но сейчас я уже не так в ней уверен. На свои проекты нужна такая же энергия, может даже больше, а её нет. Так что надо сначала эту проблему решить.

Зачем я это пишу? Ну, мне как будто помогает разложить всё это по полочкам. Перечислить возможные факторы. Сгруппировать. Возможно, озвученное, оно даже как-то отпустится и уйдет теперь (здесь главное сказать правду и не обмануть себя, хз, везде ли получилось). Ну и поддержка тоже не пустая вещь. В крайнем случае кто-нибудь может узнать и себя. «Книга — это как будто кто-то протянул руку через несколько столетий и сказал: Я знаю, что ты чувствуешь. Я чувствую то же самое. Ты не один». Как советовали в реплаях, с работой/карьерой я более-менее разобрался. Осталось понять, как строить остальную жизнь.


Повышенное чувство собственности
усы2
tonsky

Бывает, что в интернете кто-то слегка неправ, в какой-то детали, и тогда поправить их будет обычным занудством (90% моих постов, ха-ха), а бывает, чтоб вот совсем прям мимо и непонятно даже, о ком речь.

Возможно, вы видели уже эту мысль в каком-нибудь статусе вконтакте или еще в каком солидном источнике:

Ну так вот, как человек, живущий преимущественно в мебели из икеи всю свою жизнь, обставивший три квартиры и один офис, собравший не один шкаф/стол/стул для себя и для других, я вообще не понимаю о чем речь.

Ну вот прямо сейчас я смотрю на шкаф из икеи. Собранный моими руками. Никаких особенных чувств не испытываю. Шкаф как шкаф. Внутри вещи. Блин, кем надо быть вообще, чтобы испытывать чувства, даже пусть чувство повышенной собственности, к шкафу? Гордость владение икеевским шкафом? Серьезно? Совершенно утилитарная штука.

То есть я испытываю чувство повышенной гордости к тому, что вещи не лежат на полу, но и только. Это было бы неудобно. И у меня есть какие-то приятные воспоминания о процессе сборки, особенно если я собирал не один, но к получившейся вещи они особенно отношения не имеют. В принципе, более-менее пофиг, что получилось в итоге. Главное, что время весело провели. А, ну еще чувство стыда за то, что заднюю стенку сломал в одном месте, хоть и приколотил вроде так, что не видно, но я-то знаю, что оно там!

Ну ладно, шкаф действительно смешно. Но вот «домашний кинотеатр». Тоже собирал сам, выбирал проектор, колонку, искал, покупал, соединял, прокладывал. Казалось бы, опять должен испытать гордость владения. Однако всё, что я испытываю, это «клевый фильм, ладно, пора спать» (ну или, что чаще бывает, «блин, что за говно мы посмотрели, как теперь это забыть?»). Как-то не думается о «блин, на каком классном экране мы это смотрим, как я горд, что всё сам собрал». Ты ж покупаешь всё это, чтобы потом забыть и не думать. Если я обо всей этой затее и вспоминаю, это скорее «так, чё всё так хреново стыкуется, куда колонку поставить, тут шнур торчит, ладно, стулом прижмем, че так хреново слышно, почему блютус не работает, неужели что-то еще надо докупать, блин вообще не то купил, почему два пульта теперь, зачем мне два пульта» и как я мучался всё это выбирая и «never again». Гордость владения? Работало бы.

Окей, там еще и программное обеспечение упомянули. Ха-ха, яжпрограммист. Вот есть у меня программа, написанная лично мной для моих нужд, AnyBar называется. Пользуюсь, полезно, удобно. Какие я по этому поводу чувства испытываю? «Ох, че ж сил нету никак это барахло доделать, ладно, потерплю, перебьюсь» и так все 3 года. Короче, опять не про меня, хотя вот какие-то люди думают, что если они сообразили, как запустить готовый билд-скрипт на готовых исходниках, то это чуть ли равно тому что они сами всё с нуля написали. Крафтовый софт получается, ручной выделки. Целый линукс дистрибутив придумали, чтобы таких людей в одном месте собрать.

Ну и я не хочу сказать, что я вообще никаких чувств владения не испытываю. Я ценю хорошие, качественные вещи и в принципе наслаждаюсь чувством, что мне удалось их выбрать. Прямо сейчас передо мной хороший монитор, хороший ноутбук, хорошая клава и я рад, конечно, что работаю за качественными вещами, я всё это сам выбирал и доволен весьма выбором. Возможно, дело в том, что в дизайне этих вещей кто-то за меня уже решил проблемы и можно расслабленно насладиться результатом. Плюс, когда видишь уже решенные проблемы, можно чему-то научиться, ну или хотя бы испытать желание делать как минимум так же хорошо. А когда делаешь сам, то в основном страдает мнение о себе и своих способностях, болит голова от необходимости принимать решения, ну и мешает перфекционизм. То есть для профильной области деятельности это даже хорошо, это учебный процесс, развитие, но вот собирать шкафы, я не уверен что это прям так уж критично, что я научусь на своих ошибках хорошо собирать шкафы. Ну сколько я их еще за жизнь соберу? Десять?

Тот самый шкаф

без темы
tonsky
Я наконец выздоровел, выбрался из простудной депрессии и снова с вами. Ура, товарищи! Мир опять светел и ярок. Мы ему еще позимуем!